СИМФЕРОПОЛЬ, 10 апр – РИА Новости Крым, Евгения Мартыненко. Смертный бой не ради славы, ради жизни на земле… Слова советского поэта Александра Твардовского стали девизом для многих, кто в годы Великой Отечественной войны сражался за Родину. С каждым годом становится все меньше наших ветеранов, но слава их не должна угасать. Наш святой долг – бережно хранить память об ушедших из жизни фронтовиках и брать пример с оставшихся в живых. К 73-й годовщине Великой Победы сайт РИА Новости Крым рассказывает о наших победителях — тех, кто испытал все тяготы войны, освобождая наш родной полуостров.

На фронт по чужой повестке

Николай Иванович Маркианов родился на Кавказе. Его родители разошлись, когда ему было 9 месяцев, и мальчик рос без отца. Жил мечтой, что станет постарше и они, наконец, встретятся. Однако планам юного Коли не суждено было сбыться, в мирную жизнь семьи Маркиановых вмешалась война. Отца забрали на фронт, по его примеру добровольцем на фронт ушел и Николай.

Свой боевой путь он начал совсем мальчишкой, в далеком 1941-ом ему было всего 15 лет. Юношу никак не хотели забирать на службу, говорили, что слишком мал. Однако Николай не оставлял попыток пополнить ряды новобранцев.

Ветеран Николай Маркианов

"Я несколько раз бегал в военкомат, но меня возвращали домой. Как-то помню, что я даже в готовящийся к отправке поезд умудрился попасть, в вагоне перед отправлением мне стали уже примерять обмундирование. Однако в последний момент состав начал обходить начальник поезда и увидел меня. "Что это за юнга тут, — говорит, — сын полка? А ну немедленно домой, дайте ему лошадь и пусть едет к маме". И сняли с поезда. Потом несколько раз меня "браковали" в военкомате, но в итоге я, воспользовавшись повесткой моего заболевшего товарища, добился-таки своего", — вспоминает Николай Иванович.

Так он весной 1942-го оказался в составе Северо-Кавказского фронта. Его полк формировался в Грозном, именно там фашисты намеревались захватить богатые районы нефтедобычи.

"Очень сильно немцы рвались к грозненской нефти, а мы охраняли дорогу и преграждали им путь. Городок Моздок четыре раза переходил из рук в руки, но мы его все-таки отбили и погнали врага в сторону Краснодара. Отстояв Краснодар, направились в сторону Новороссийска", — вспоминает Маркианов.

Ветеран Николай Маркианов

"Падаешь и окапываешься, падаешь и окапываешься…"

После долгих и кровопролитных боев в районе Новороссийска советские воины вытеснили врага и взяли курс на Керченский пролив. Там, под покровом ночи, группировались силы и формировались штурмовые отряды. Командование поставило задачу взять с собой максимальное количество боеприпасов и снаряжение и переправиться на крымский полуостров. Так и поступили: за солдатами пришел крейсер ВМФ СССР "Красный Кавказ", однако из-за перегруза корабль не смог подойти близко к берегу. Солдаты взяли, кто что мог, спрыгнули за борт и добрались до крымского берега вплавь.

"Мы вышли из воды мокрые, а было очень холодно, одежда на нас сразу обледенела. Однако мы пошли. Пробирались вглубь города по-пластунски. Немцы повесили фонари на парашютах — территорию вокруг было видно, как днем, но мы шли. Передвигались короткими перебежками — падаешь и окапываешься, падаешь и окапываешься. Так мы добрались до завода имени Войкова, освободили его и двинулись дальше", — рассказывает Николай Иванович.

Каждый день километр за километром советские солдаты двигались вглубь полуострова. Какие-то населенные пункты удавалось отбить быстрее, за другие же приходилось сражаться не на жизнь, а насмерть. Сотни разрушенных домов, десятки тысяч погибших, сотни тысяч искалеченных судеб — каждый сантиметр крымского полуострова был залит кровью. Однако советские бойцы, сцепив зубы, шли к цели.

Ветеран Николай Маркианов

"Сюсюкать было некогда, надо было гнать немцев из Крыма!"

Апрель 44-го. Крымская наступательная операция продолжалась. Солдаты Отдельной Приморской армии, среди которых был и наш Николай Маркианов, взяли курс на Симферополь. Когда советские бойцы уже подходили к городу, неожиданно путь им преградила крымско-татарская женщина.

"Ребята, в нашей армии служит мой сынок, но я не знаю, где он сейчас. Пожалуйста, если встретите его, передайте ему привет от мамы!", — попросила она.

Солдаты понимали, что вряд ли увидят его, ведь многотысячная армия была разбросана по разным регионам, однако кто скажет это любящей и верящей в скорую встречу матери? Пообещали.

Развивая наступление, советские войска освободили Симферополь и направились в сторону Севастополя. Однако попытка взять город с ходу потерпела неудачу, и наши солдаты стали готовиться к штурму города. Самой тяжелой преградой стала Сапун-гора — там было четыре линии обороны, советские войска неоднократно предпринимали попытки штурма города, но каждый раз добивались лишь частичных успехов.

Николай Маркианов и другие ветераны на Пискаревском мемориальном кладбище, где похоронены жители блокадного Ленинграда

Во время штурма Сапун-горы Николай Маркианов был ранен в руку. Санинструктор тут же обработала и перевязала рану, и Николай продолжил наступление.

"Не пошел в госпиталь вынимать пулю, некогда было. Надо было освобождать город Севастополь, что мы и сделали. Нам некогда было сюсюкать, надо было гнать немцев", — вспоминает он.

Далее – освобождение Балаклавы. Там, в ходе боев, говорит Николай Маркианов, наши солдаты взяли около 11 тысяч пленных. После этого вернулись в Симферополь, и полагали, что там и останутся. Однако вскоре пришло распоряжение командования – отправить группу на Украину. Тогда там еще вовсю хозяйничали немцы, однако с приходом советских бойцов ситуация поменялась. Освободив украинские населенные пункты, солдаты направились в Венгрию.

"Будапешт был сильно вооружен, и Красная армия его взяла в кольцо. Мы организовали блокаду, неоднократно высылали туда парламентеров, однако немцы каждый раз их расстреливали. Тогда был дан приказ открыть огонь. При этом наши командиры жалели будапештскую древнюю архитектуру. И вскоре немцы, после недолгого сопротивления, капитулировали", — делится Маркианов.

Коллаж с фотографиями Николая Маркианова

"Русские применили новое оружие"

Участники городского этапа ежегодного патриотического конкурса Мы - наследники Победы
Советские солдаты радовались очередной победе и снова полагали, что дальше они не пойдут, останутся в освобожденной Венгрии. Однако командование решило по-другому. По приказу командира все прожектора, которые имелись в наличии у советской армии, надо было доставить как можно ближе к Берлину. 11 машин с прожекторами загрузили оружием, боеприпасами, бутылками с зажигательной смесью и отправили в Германию.

"Мы двинулись колонной, был приказ не ввязываться в военные переделки. Однако, на всякий случай, на первой машине прожектор был развернут вперед, на последней – назад, чтобы при нападении включить свет и ослепить немцев. Ведь наше командование немцам не указ. И такая стычка произошла. Мы резко ослепили их, атаковали, обезвредили и двинулись дальше", — говорит ветеран.

Подарок к годовщине Дня Победы

Так и дошли до Берлина, а там уже распределили солдат по штурмовым группам. На окраинах Берлина их ждали четыре линии немецких укреплений, однако наших уже "понюхавших порох" бойцов это не испугало. Действовали по тому же принципу: в качестве элемента неожиданности использовали свет.

"Они тогда сказали, что русские применили новое оружие. А какое новое оружие? Прожектора только. А остальное — наши винтовки, — смеется Николай Иванович. – И мы пошли по направлению к Фюрербункеру".

Штурм Фюрербункера

Фюрербункер представлял собой комплекс подземных помещений, размещенных под рейхсканцелярией в Берлине. Это место служило последним убежищем Адольфа Гитлера в последние четыре месяца существования национал-социалистического режима в Германии. Штурмовой отряд, в составе которого был Николай Иванович, окружил плац над бункером, который к тому моменту уже был обесточен, связь с ним была прервана.

Ветеран Николай Маркианов

Акция ретро-поезд Поезд Победы
Советских солдат, разумеется, встретили враждебно. Далее наш собеседник рассказывает историю смерти кровавого правителя Гитлера и его супруги Евы Браун. Историки до сих пор расходятся во мнении на это счет, некоторые утверждают, что смерть четы была фальсифицирована, и они по сей день живы.

"Фашистское командование приняло решение покончить с собой. Гитлер принял яд, но перед смертью отравил и свою супругу (Ева Браун – ред.), которая была законной женой всего-навсего один день. Она не хотела пить отраву, но он повалил ее на пол, засунул в рот ампулу и ее же зубами раздавил ее. Их смерть стала сигналом для остальных обитателей бункера – после этого там были убиты шестеро маленьких детей пропагандиста Йозефа Геббельса. Непосредственно перед самоубийством четы Геббельсов детям сначала сделали уколы снотворного, а потом ввели яд", — вспоминает крымчанин.

В Берлине Николай Маркианов и встретил Великую Победу. Новость об этом пришла по коротковолновому радио.

Ветеран Николай Маркианов

"Я был радистом и при мне всегда была коротковолновая станция, связь со штабом. Микрофон всегда был включен… Это были неописуемые эмоции, это не передать. Все, кто был награжден, подхватывали друг друга и бросали вверх. И мне тоже досталось, — смеется Маркианов. – Я им говорю: "Ребята, не уроните меня, а то Гитлер в могиле будет смеяться". Ребята очень радостно встречали Победу!".

О боевых заслугах ветерана говорит увешанная наградами грудь. Несколько десятков орденов и медалей – постоянное напоминание о пережитом прошлом. Но самые дорогие из них, говорит Маркианов, еще солдатские – "За отвагу".

Награды на груди Николая Маркианова

"У меня их четыре, они самые ценные для меня. А вот эти медали с историей. Одна – за сбитый самолет в районе Моздока. Тогда немцы утюжили нас на самолетах, но нам сказали не стрелять, не обнаруживать огневые точки. А я нарушил и выстрелил. Сбил его, как тут же подбежал командир и начал криком выяснять, кто стрелял. Я признался, ожидая военного трибунала за непослушание, а он мне сказал, что я уложил немецкого аса, сына знатного человека! Так они потом на трое суток траур объявили. А вот эта, например, была вручена мне после штурма Сапун-горы. Тогда в небе неожиданно появился фашистский самолет. Я подбежал к трофейному пулемету, но не успел задеть врага — самолет скрылся из виду. И тут вдруг он вернулся, тогда уже я его встретил. Как шарахнул по нему – он сразу лег на крыло, начал резко снижаться и, в конце концов, взорвался. Товарищи начали подбрасывать меня в воздух от радости", — со слезами радости говорит наш собеседник.

Несмотря на все ужасы и тяготы войны, Николай Иванович не разучился радоваться жизни. О пережитом он рассказывает так, как будто это было вчера. С особой теплотой он вспоминает всех, кто прошел с ним войну плечом к плечу, и с болью говорит о тех, кто не вернулся из боя.

Он – почетный участник парадов Победы и частый гость на уроках мужества в крымских школах. Говорит, важно хранить память о событиях Великой Отечественной войны в сознании молодого поколения. Важно, чтобы они знали свою историю, и чтобы помнили…

Мероприятия в честь Дня Победы в парке им. Гагарина в Симферополе